Триумф трагедии 91-го года

Прошло тридцать пять лет, как бывшая страна под названием Советский Союз вздабилась в самый пик политического острия.

Утро 19 августа сначала принесло недоуменную радость от того, что «заболевший» Горбачев отстранен от власти. Но как сообщали представители созданного ГКЧП, отстранен временно. И эта информационная добавка меняла радость на уныние. Более того, в течении дня стала поступать информация о том, что Горбачев заблокирован в условиях крымского курорта, а его первейший политический враг Ельцин резко озаботился судьбой «горбача». В общественную атмосферу ворвалось насыщенное чилийскими событиями слово «путч». Забудораженная Москва стала постепенно передавать синдром «революции» в союзные республики и далее-в области, края, автономии, города и села. Страна забурлила и начала делиться на левых, правых, агрессивное большинство и демократическое меньшинство, на ельцинистов, горбачевцев и гэкэчепистов.

Во всей этой мякинообразной политике стопроцентно мог бы взять верх ГКЧП, если бы его члены были более последовательны в действиях, если бы, как и положено революционерам, в свои руки взяли систему связи, банки, штабы управления и все то, чем могли воспользоваться противники. Тем более, что в верности ГКЧП присягнули не только на областном уровне, но и на союзном. И даже Прибалтика вместе с Украиной трусливо поджали хвосты, поддержав госкомитет по ЧП. Однако уже спустя короткое время союзническая верность «братских» республик рассыпалась в прах. Началась эпоха вражды и ненависти, которая привела к череде нескончаемых военных и политических конфликтов, конца которых, к сожалению, пока не видно. Мирное сосуществование стало основным и безусловным желанием населения бывшего СССР, осознав, что предшествующие периоду горбачевщины десятилетия были лучшими во всей истории советского государства.

Первые дни после утренней телевизионной демонстрации «Лебединого озера» местные власти впали в состояние шока и напрочь исчезли из информационного пространства. В Мордовии, например, партийная власть, которая как и в других субъектах уже задолго до августа перешедшая к Советам, на несколько дней замкнулась в полной немоте. И только после того, как пьяного Горбачева доставили в Москву, а отрезвевший Ельцин, взобравшись на танк, озвучил свой указ о незаконности ГКЧП, власти на местах «вынырнули» из подполья. Председатель Верховного Совета Мордовии Н. Бирюков встроился в общий хор обвинителей «путча» регионального уровня. Было очевидно, как он отгребает от себя причастность к центральной власти в лице партийных органов и, тем более, к ГКЧП. Параллельно начался поиск государственной измены, «обнаруженный» в безвинных районных газетах и в республиканской прессе. Газета «Советская Мордовия» (нынешняя «Известия Мордовии») была предана политической анафеме за публикацию материалов ГКЧП. Верховный Совет в своей сессионной повестке основную толику обсуждений отвел публикациям в местных СМИ.

Лидеры рескома КПСС в основной своей массе демонстрировали растерянность на уровне глубокой трусости. Ни какой речи не шло о том, чтобы организовать сопротивление оголтелому «демократизму». Антикоммунистический шабаш наростал лавинообразно, вовлекая в число действующих лиц не только явных антипартийцев, но и членов партии, занимавших в ее рядах важные руководящие посты. По всему чувствовалось, что страна вместе с партией покатилась в политическое тар-тарары.

Коммисарские функции в Мордовии в этот период исполнял депутат Верховного Совета России Н. Медведев. В своих действиях он ярко вымещал злобу ко всему советскому и партийному в качестве отмщения местному рескому, компенсируя наказания за преступные деяния в период активной партийной деятельности.

Второй секретарь рескома Н. Меркушкин старался отстраниться от всего, что его связывало с партийной работой. Он настолько озаботился личной судьбой, что готов был отказаться от любых контактов с соратниками, во благо связи с новой «демократической» силой.

Время показало, что события августа 1991 года не были путчем, а если и были, то не со стороны ГКЧП, а со стороны новой политической поросли, взращенной Горбачевым, Ельциным и соратниками типа Чубайса, Гайдара, Бурбулиса. Свои имена в хаос политического разбоя внесла и Мордовия. О них, пожалуй, не стоит вспоминать, чтобы не усугублять и без того серую историю начала 90-х годов, которые стали триумфом небывалой трагедии народа.